Летописи Страны Арии со слов волхва Егора Смирного. Книга 2.

Арил да Левень воротились во края, где прежде обитали, во земли людей с кожей красной, да обет дали не причинять вреда боле ни тварям живым, ни людям, хоть и грешным. Ирия последовала за избранником своим и в Арконе правил совет из двенадцати мудрецов в те поры.

Как-то днём светлым собрались двое на горе Арат у Ара, Елирей да Симер. Хозяин палат начал речь: 

- Время пришло, - говорил он, - Белозёрью увидать сваго князя первородного. Несёт он в себе воплощение древнее и оберегать его надлежит нам всем. Выпала нелёгкая судьба на его долю. Дети его, что народятся, жить по-другому станут, но будь, что будет. Передать всё же умение и навыки нам предстоит молодому владыке.

Порадовал меня ты Симер безмерно за время, что прожил здесь. Открылось в тебе колесо света вещего, что оком всевидящим кличут. Да не в созерцании пригодится оно. Удел вихря светлого - управу чинить над живыми и над покинувшими мир Яви. Каждый из рода людского закрутить тот вихрь может, но не каждый совладать сумеет с той силой. Твоей долей Симер будет преданность молодому Атлану. Будешь ему другом старшим и, коли забредёт не туда дух его светлый, возвернуть тебе велено на колею покона юного послушника.

Ты же, Елирей, развил в себе вихрь сердца чуткого. Без него словно без света око всевидящее слепнет. Передашь своё умение молодому ученику. А я уж поведаю на первых порах сыну Алеана и Селы, как совладать с вихрем живота да как пренебречь мирскими благами, не поддаваясь соблазну. А теперь ступайте и приведите ко мне мальца. Светлый час настаёт.
***
Маленький Атлан в саду огромном играл, забавляясь и наслаждаясь светом солнца ярким да птах щебетанием, вдыхая свежесть утренней росы. Села, мать его, ни о чём не ведала, так как просил Ар у Алеана держать в тайне беседу ихнюю. Исполнилось молодому князю в тот день восемь годков. 

Вот Алеан с супругой вышли на веранду расписную и среди тенистых дерев увидали сына в окружении двух фигур длинных в тёмных одеяниях.

продолжение следует..

Села и Алеан стояли словно заворожённые и не могли пошевелить ни единой своей конечностью, будто по рукам и ногам стянули их тяжёлые оковы. Князь попытался раскрыть рот, чтоб кликнуть стражу да едва слышный звук лишь издал. Так вот стояли оба и глядели, как их чадо с собой увели двое людей в тёмных одеяниях.

Вскоре отпустило, как оторвало, и горестно зарыдала супруга Алеана да куда уж там – похитителей и след простыл.

В тот же день явились Симер с Елиреем, как и было велено Аром, но ушли не солоно хлебавши. Сам Ар меж тем ведал, что то Род Лунный ему препоны чинит да твёрдо был уверен, что вреда никакого не причинят будущему арийскому владыке. Сам прибыл к родителям отрока да успокоил добрым словом, мол, вскоре объявится их малец, не злые силы его увели, лишь испытания грядут на его душу свыше ниспосланные. Одолев все преграды, явится пусть на гору Арат.

Когда повстречаюсь с сыном вашим, проговорил Ар, то душа его овладеет желаниями, и лишь останутся в ней те, что направлены на благо целого и находятся в согласии с волей. Научу его, как сделать чувственное тело чистым и прозрачным, и низшие силы тотчас отступят, и дух заполнит всем естеством своим пустые и чистые тела тонкие, и свет устремится наружу да жажда любить и служить правде и развиваться станет неимоверно сильной.

Успокоившись наконец, княжеская пара удалилась во внутренние покои, да предаться решили делам государственным.
***
Так шло время, и никто не знает сколько его утекло, но вот однажды пожаловал Ар к Роду Лунному гостем незваным. Знал, что Перун будет с ним говорить. Так и произошло.

- Ведаю я, - начал старец, - что схоронили вы от меня Атлана, но вот вышел срок, полно держать его в заперти - пора бы и честь знать. Возвернуть его надобно отцу и матери на время малое, а после, придут за ним два моих послушника и отведут на гору Арат, дабы свершилось назначенное. Чую силы в нём древние ищут выхода да не стал я перечить слову Рода Лунного - дал время, чтоб стал крепче ученик и постигнуть мог все премудрости знаний, что ему надлежит узреть и почувствовать.

Благодарю тебя Перун за урок, что преподал ты мне. Обиды не держу. Своевременно остановил Род Лунный мои деяния. Поклонился Перун Ару, но ничего не ответил. На том и разошлись.

продолжение следует..

Долго ли, коротко ли, шло время понемногу. И как и было велено Аром, Симер да Елирей обучение проводили с юным князем, и на редкость способным и прилежным был юноша. Сам же ариец древний лишь со стороны глядел на их старания, но вот как-то всё же решил поучаствовать, и сам по утру явился в келию, где Атлан отдыхал.

Был взгляд сына Алеана бодрым и в любой момент готовность проверял парубок к постижению таинств древних, что прежде были не в диковинку люду простому, а лишь немногие тепереча сохранили сии силы в себе.

- Собирайся, предстоит путь не близкий нам с тобой во земли далёкие, - молвил Ар. - С этого дня станешь ты учеником моим, и научу я тебя проходить сквозь пространства, да коли надобно, перенестись телом бренным сможешь во любые края дальние. Укрепить не под силу тебе одному знания, что Симер с Елиреем преподнесли, посему люди, что силой Света владеют, иногда падают на пути своём, подвергаясь действу покона и падением своим ввергнуть могут близких по духу в беду. Научу я тебя простой истине.

С этими словами открыл ладонь Ар, а на ней словно из неоткуда появилась чаша до краёв водой полная. Глотнул той воды старик и тут же изо рта струю выпустил. Завертелась, закружилась водица, словно ручеёк горный, а затем вытянувшись, кругом пошла да стала походить на озерцо малое. Только ведь не на земле, а прям в воздухе зависшее. Накинул на себя одёжи Атлан и взявшись крепко за руку мудреца, шагнул вовнутрь того оконца, опосля чего отверстие сузилось до размеров птахи малой да каплей упало и разлилось на полу светлицы.

Странные чувства испытывал отрок, немного страха всё же было в его душе, но сие быстро прошло.  Закрутившись, завертевшись выплеснуло озерцо то на поверхность земную обоих путников. Кругом зеленью всё так и пестрело. И тут и там пение птиц услаждало слух, и влага словно застыла в воздухе. Пахнуло тёплым дуновением ветерка.

-  Где мы, учитель? 

- Эти края населяют люди цветом кожи тёмным. Быть им в большой беде, коли в срок урочный не узреют Света. Возмужать надобно тебе сперва, а когда наделён будешь силой безраздельной, поделишься знанием с народом сиим да убережёшь их, но всему своё время. Нынче другие у нас с тобой дела. Знаю, преуспел ты в ратном деле, в видимой его части. Постарался Велий на славу. Пришла пора научить тебя, как незримую часть рати познать.

Всё в мире яви связано незримыми нитями и коли в ладу живёшь с миром тебя окружающим, стяжать и управлять можешь всем и вся вокруг себя и в отдалении, творя добро.  
***
Уж в том месте, где очутились наставник с учеником, темнело. Чаща леса казалась всё темнее и темнее и словно надвигалась, медленно закрывая свет. Атлану всё ж было любопытно, и он принялся расспрашивать Ара о месте, в котором они оказались. 

- Земли это забытые давно, - начал старец. - Но народ, что здесь проживает, упрятался от невзгод и без помощи кого-либо выжил в те времена, когда воды заполонили всю Мирград-Землю. Вождём племени этого уж многие лета был и продолжает быть человек мудрый по имени Гора. Не стремится народ сей обрести  знания, как сотворить вещицы диковинные.  Живут своим умом, всё что нужно имеют в распоряжении. А самые мудрые из них могут предметы из различных миров притягивать. Миры те от нашего отличные. Ежели снедь какая понадобится, али утварь в хозяйстве полезная, мудрецы, что над племенем верховодят, являют всё, что необходимо. Но и восполнять, воздавая дань приходится с лихвой опосля. Живут люди все здесь в счастье, радости и покое. Быть тебе пол срока малого здесь придётся. В услужении у Горы будешь пребывать. И знаю так же, в будущности жизнь твоя связана с местами сиими. Помогут и поддержат добрым словом и делом друзья твои, с коими дружбу на век заключишь. Ступай один теперь. Сквозь ночь пройдёшь через чащу дремучую. Отыщи поселение. Старец Гора уж ожидает тебя. Встретит и скажет как быть дальше, а мне нынче удалиться нужно. Ворочусь в назначенный срок. Будь внимателен и учтив. Многому научит тебя жизнь в этих краях. 
С этими словами ариец распростёр ладони в обе стороны и на фоне тёмного леса посреди чащобы открылся светлый проём. Шагнул Ар в него не оглядываясь и был таков.

Хоть и смелость Атлана часто выручала его, всё ж как-то жутковато стало в незнакомом месте. Но осилив тревоги,  и выломав у одного из деревьев изогнутую ветвь, осторожно начал ступать вперёд, проходя в глубь леса.
***
В те самые поры на горе Арат, в тереме, на самой её вершине сидели недоумевая Симер с Елиреем в ожидании вестей, куда мог запропаститься их послушник, будущий князь земли арийской. Тут, словно услышав их мысли, прозвучал голос Ара:

-  Надобно вам друзья мои в дорогу собираться.

Опосля этих слов в воздухе словно туман собрался в светлице, и подле оконца, постепенно сгустившись, проявился и сам мудрец. Двое уж привыкли к таким появлениям за время, что провели в тереме. И сами порой могли делать подобное. Но всё ж не было уверенности в их действах.

Ар поведал о своих намерениях. Стало быть в Белозёрье направляются все трое с мудрецами тамошними беседу вести, дабы начать строительство палат, где будут обучаться знаниям люди пришлые из земель иных да из Мирград-Земли со всех уголков. Уж недалече время светлое сие.

продолжение следует..

Проснулся Атлан на утро в одной из хижин в полном одиночестве - на дворе уж светло. Подле его ложа стояла чаша из чёрного дерева вытесанная, до краёв полна была водицей - зачерпнул он её да лицо умыл. Тут уж Гора объявился.

-  Жить тебе отрок половину срока малого в наших краях, обучение у меня проходить. Здесь будешь ночь спать, но будут ночи коротки для тебя. В потьмах, под небом звёздным, лучше думу думать.

Не могу знать, какова судьба, что уготована тебе, но Ар, мудрейший из мудрецов, перед коим я преклоняю колено своё, замолвил слово за твою душу. Быть как он велит.

Сам я не из этих мест родом, как ты уже догадался. Родился я в семье воина во землях ирийских подле Арконы до того, как вода заполонила всё. Жил как и все - в радости и счастье, да вот однажды изменилась судьба моя на веки. Повстречал я деву красу, что завладела сердцем моим. Был и я по нраву её очам лазурного цвета. Всё бы ладно, да вот положил на мою любаву глаз сын купца местного, что родом из тех краёв, откуда и мать твоя, Села. Было злата и каменьев немерянно в казне его. Заслал он сватов к родным моей возлюбленной. Затеять удумали супружество супротив воли дочери – так и случилось. Ненавистью запылало сердце моё. Решил я отомстить обидчику и ночью тёмной отправился, чтобы проучить негодяя, да на пути своём повстречал судьбу иную. Словно из неоткуда предстал предо мною мужичок на вид неказистый. Знал уж он наперёд о намерении моём да речами своими сильными, словно воитель грозный, отговорил зло творить да поведал, мол, уготована мне судьба иная – странствовать по миру. А когда придёт час, уединиться здесь, вот в этих самых местах.

Не было у мужичонки ни птицы железной, ни птенца малого, никаких иных вещиц диковинных. Лишь сума да посох. Обучил меня он, как из миров тонких в наш мир Яви снедь доставать да и любую вещь, которая понадобиться. Долгое время не мог я одолеть науку сию, но одним утром познал всю силу преобразований чудесных. Ар просил меня обучить тебя всем премудростям за время малое. Вижу ты парень чуткий и одолеешь сию науку в два счёта.
***
Вновь отстроенный град Аркона блистал куполами золочёнными на радость всем жителям. Елирей очутился в самой гущи ярмарочной площади. Как и в былые времена, торг вели купцы, предлагая снедь всякую, вещицы диковинные да прочий  скарб.

Мастеровые, что строили хоромы да палаты, жили особняком, но на ярмарке старались держаться на виду, торгуя своим умением. Елирей заприметил их лавку издалека. Поприветствовал хозяев да поведал всё без утайки, не ходя вокруг да около.

Были те, что возрадовались да тут же откликнулись на его зов. Иные отвернули лики, не приняв приглашения. Но к назначенному часу дюжина умельцев была готова отправиться в Белозёрье, радуясь, что дети малые. 

Был средь прочих один ветхий старик - тот особым умением отличался от других. Мастерил он утварь домашнюю да места, где снедь готовили. Прознал о том Елирей и очень обрадовался. Мастеровых, подобных ему, тяжело было сыскать во всей Мирград-Земле, поскольку иноземные умельцы готовили пищу по-другому, да и утварь была у них иная.

Чуть стало вечереть и камень перенёс всех во земли арийские. Пора уж за работу приниматься.

продолжение следует..

Возвернулся Ар на гору Арат во терем свой, оставив Симера с Елиреем в Белозёрье. Так и шли дни за днями. Народу прибывало всё больше и больше. Башня огромная уж переполнилась людьми, и решено было возвести ещё три, точь в точь на неё похожие - по одной на каждом из островов великих. А посерёдке Озера Белого, на острове что в воздухе, самую большую и величественную, да чтоб изнутри та была во сто крат больше, чем снаружи. Было то делом непростым. И отправились Симер да Елирей по мирам дальним бродить в поиске мастеров. Где находили хоромы схожие - там и искали умельцев. Змейки, что на поясе всегда носили, открывали дорогу сквозь преграды любые.
***
Много сроков малых минуло. Подрос и возмужал Атлан. Уж  сам помогал мудрецам арийским людей освещать знанием. Да вот Ар всё сидел во тереме своём на горе Арат и то и дело, приоткрыв завесу тьмы, поглядывал на деяния послушников своих. Спокойствием и уверенностью веяло от слов и поступков оных. В Мирград-Земле воцарился Свет.

Знал древний ариец, что когда народятся детишки у тех, кто во знание был посвящён, понесут в себе многие воплощение мудрецов тех, что давным-давно покинули мир Яви. Бережно надобно хранить всех, кто прозрел и к знанию прикипел всей душой. Вот и настал тот час, когда пришла пора посвятить Атлана в таинство учения сокровенного, заручившись коим, мог бы князь запас света передать любому, и независимо какой была душа, изменить ход её жизни и даровать свободу выбора каждому. Ведал старец арийский, что находилось то знание за семью печатями и не в одной скрижали не прочесть его не познать, но в каждом заложено его семя и, коли земля плодородная, взойдёт ростком в любом, даже в самом тёмном человеке.
***
Когда постройка оставшихся четырёх башен была завершена, камень, что дорогу открывал между мирами, призвал к себе обладателей змеек да изъявил желание, чтоб те два пояса в один сплели и после того, как Атлан вернётся с горы Арат, в дар ему тех змеек преподнесли. Быть ему князем вскоре, и не замедлят на свет появиться те, что силой света полны, - ему подобные. Расцветёт тогда Белозёрье и предадутся унынию все зла арийской земле желающие. Многие перестанут носить печаль в сердцах своих. Весенним ростком пробьются на свет из почвы тёмной добро и благодетель, что в них таится.

Не были пустые речи камня. С пониманием встретили Симер да Елирей его волю. Ожидали теперь возвращения послушника свого с учителем вкупе. 

продолжение следует..

Просидел так Атлан три дня и три ночи – не ел и не пил, как велел Ар. Вот вернулся старец на третий день, поутру, и смотрел за молодцем до исхода дня. А когда пришло время, открыл его очи, но не увидал того что хотел древний ариец во взоре и велел сидеть ещё столько же. Так повторялось несколько раз, пока юноша окончательно не потерял счёт времени. Ноги его были скрещены и подобраны да болью поначалу пытали, пронизывая всё тело. Но боль ушла, а пришло спокойствие и уверенность. Да мысли, что вереницей длинной кружились в голове, ушли. Трудно описать чувства, кои испытывал Атлан, но вот, наконец, в один прекрасный день, поутру, пожаловал Ар, и улыбка озарила его лик. Пробудил он от сна долгого князя арийского названного и беседу длинную вели двое, пока не стемнело. Затем юноша медленно разогнул колени и лишь тогда обратил внимание, что одёжи на нём все растрепались и обветшали. Удивился тогда тому и стал воспрошать у учителя, как долго он провёл время подле ручья в тиши.

- Был ты три срока малых в одиночестве и успокоил ум свой, раскрыв сознание.

- Но позволь учитель, ты ведь приходил множество раз и пробуждал меня.

- Должён признать, не приходил я, - ответил Ар. - Была то игра твоего воображения. Приведёт дорога не туда, коли последуешь за ним. Но тебе нечего страшиться – всё позади. И сам, коли надобно, тишину почувствуешь в любой момент времени, поскольку нет его - оно лишь в нашем воображении.

Последовали оба на гору Арат, и тут почувствовал Атлан сильный голод, но нельзя было утолять его быстро. Велел мудрец Симеру и Елирею собрать трав целебных, что росли вдоль склона горы, и время длинное Атлан пил лишь отвары из тех трав да тело своё омывал исхудавшее.

Наступил день, и наконец дозволил ариец употребить немного снеди. Так, постепенно, пришёл в себя, проводя время в отдыхе и заново открывая мир, князь будущий Белозёрья.
***
Летело время стрелой, словно было то не время, и оправился и вновь силой налился Атлан вскоре. Различал суть вещей лишь от взора одного. Был однако не уверен до конца в своей силе. Ар призвал его как-то да сказал такие слова:

- Настало время, мой послушник юный, тебе князем уж становиться. Отдам я часть своей силы твоему бесплотному телу, дабы то безболезненно воссоединилось с плотским. Созывать народ будем вскоре белозёрский да всех, кто желает узреть действо, али избрать правителя безраздельного. Любой сможет померятся силушкой с тобой, даже чужеземец. Иные искать будут славы и власти, другие же богатства и достатка. Ведаю, что тебе не нужны эти почести. Посему одолеешь всех противников в любом поединке пустотой великой.

Прислонил тут своё чело Ар к челу отрока да прошептал на древнеарийском наречии несколько слов. Налился силой лик юноши, и его суть приняла дар мудреца, приумножая мощь свою во сто крат.

И понял тогда Атлан порядок мироздания светлого неба и тёмного и их совокупности. Принял в миг единый все поконы, что сокрыты были до сих пор от глаза человечьего. Обогнув восемь кругов, вернулась вновь сила к арийцу, но в глубине души Атлана посеяв зерно доброты, света и радости, что взойти стройными побегами намеревалось в скором будущем.

Отдалившись от ложе, Атлан в пояс поклонился старцу и удалился на воздух свежий, где качались на ветру дерева и ветер пел им колыбельную, словно детям малым. Предстало всё вдруг в свете ином пред взором юным. Был свет, что излучали все предметы, красоты неописуемой. Блестели глаза Атлана ясностью и добротой.
***
На острове ущербном совет мудрецов кликнул всех старейшин, что ответ держали за роды большие и малые арийские по всей Мирград-Земле и за её пределами. Асов племени светлого призвали мудрейших из мудрецов подсобить, коли надобно, в преддверии состязания великого. Решено было разослать весточки во все края и земли дальние и ближние. Те, кто желал, мог предстать пред людом в день назначенный испытать себя да на место правителя стать, коли угодно будет судьбе.
***
Вот и настал день долгожданный, когда избрать было решено правителя единовластного во земле арийской. Три сотни добрых молодцев и красных девиц изъявили желание подвергнуть себя испытанию. Были там и старцы степенные со блеском в глазах и мудростью в речах. Были и парубки, что помоложе. И девицы не уступали в красноречии мужам. Поглазеть на то действо собралось народу видимо-невидимо.

Всем на удивление, откуда не возьмись, птенец малый из неба светлого прилетел. Отворилась голова птенца, и из чрева его вышли два ура наружу - крепки да широки в плечах, тела силой налиты, а за ними выходит то ли ур, то ли человек - не пойми кто. Назвался Бореем и состязаться с другими пожелал, мол, выходец из Мирград-Земли, с острова малого. И вправду, был то потомок из рода знатного, что много летов тому назад покинул свои родные места да в землях урских укоренился. Делать нечего – быть гостю наравне с прочими надобно.

Подозвал тут Ар к себе Атлана да такие слова молвил:

- Не подмога я тебе с этих пор. Самому придётся дорогу проторивать. Уступают тебе многие из людей прибывших, но будь настороже. Борей, что прилетел с двумя урами на птенце, чую, силы необычайные в себе хранит. Род его берёг знания бережно многие лета, и нынче время пришло другим себя показать. Ступай. Пусть ведёт тебя свет первородный, да свершится назначенное.

Дни и ночи проходили все прибывшие назначенные мудрецами испытания. И людей излечить от хвори лютой пытались прочие, другие в кулачном бою состязались. Иной раз велят что-то диковинное народу показать, словно на потеху. Вот, и такие были, что не сдюжили да подались восвояси несолоно хлебавши. Перевести дух не давали мудрецы древние. Бремя правителя не лёгкая ноша. Посему только лучшие и добронравные оставались в строю.

Наступил день наконец, когда пятеро из всех состязавшихся предстали перед толпой. Были то Атлан, Борей - выходец с острова малого, Шерия - дева из земель дальних, что граничили с вотчиной купеческой, Мануродал - сын одного из потомков Суры из племени людей с кожей красной и старец седовласый, который не пожелал назвать своё имя. Самый древний из мудрецов повлёк всех пятерых за собой на одну из вершин заснеженных, что каймою окружали Белозёрье.

Горное плато всё было укрыто белым покрывалом. Холодный снег блестел, отражая свет ярила, которое хоть и было ярким в то время, но всё ж не могло растопить ледяной покров. Дышать стало трудно, и дева, та что была из краёв дальних, не сдюжила. Посему решено было отпустить её в родные края с миром.

Четверо устремили свои взгляды на мудреца. Пройдя множество перерождений, старик был во всеоружии, и, каждый раз возвращаясь в мир яви, вновь и вновь осознавал себя по прохождению срока положенного - в мудрости ему не было равных в Белозёрье. Велел он состязающимся освободить от снега всё горное плато. Было то не под силу простому человеку.

Первым выбор пал на потомка Суры. Задышал часто краснокожий воин и принялся, что было силы, разгребать снега. Но куда там. Замаявшись от нехватки силы и света, и воздуха свежего, упал он навзничь и понял, что проиграл. Но с должной статью и гордостью, присущей его племени, вскоре тихо удалился.

Остались трое. Борей задышал часто, словно готовясь к атаке в поединке. Через несколько мгновений из его ладоней, на снег излучая жар сильный и растапливая его, показались клубы пламени синего цвета. Но не хватило прыти у витязя славного – иссякли его силы и он вынужден был ретироваться.

Наконец мудрец указал, кивнув едва заметно, на старца седовласого, что всё это время прибывал в молчании, лишь проходя свои испытания, со скромностью ухмыляясь в бороду.

Старик едва заметно дышал, не расходуя при этом свои силы. Присел он посреди поляны заснеженной, скрестив ноги от колен до пят, и впервые за всё время принялся нашёптывать что-то. Тут снега отступать начали от тела его, образуя круг, который всё увеличивался в размерах, но достигнув скалы ледяной, приостановился. Оказывается, под толстым слоем снега, который неведомо каким способом удалось растопить кудеснику, оказалось несколько ледяных глыб, и очистить их от покрова льда не составляло никакой возможности. Улыбнулся старик и протянул руки, покланясь следующему участнику, коим был Атлан, словно приглашая его на состязание.

Послушник Ара был спокоен. Присев на только что очищенную, ещё мёрзлую землю, парубок открыл широко глаза и издал пронзительный звук, исходящий откуда-то из низа живота. Тут нежданно-негаданно, появились три сокола, которые покружив немного, наконец приземлились на тело Атлана - один сел ему прямо на родник и оба других на плечи. Пребывая в полном спокойствии, отрок, ничего не говоря птицам, понимал всё о чём они думают, и мысль свою посылал им прямо в душу.

Дунул ветер, и птицы вспархнули и улетели прочь, а через время короткое уж глядишь ворочаются - каждый сокол принёс в клюве по зёрнышку. Поблагодарил Атлан друзей и отослал домой, зёрна расположив у себя на ладони. Затем громко и чётко, словно скороговорку, прочитал заклинание и разбросал дары принесённые птицами на три стороны. Сам же зашагал, двигаясь по кругу, напевая себе что-то тихо, лишь ему ведомое.

Одно из зёрен ударилось оземь, а затем о ледяную скалу и та словно проглотила его, но через миг уж росток начал пробиваться сквозь лёд, раскалывая и плавя его, словно змей своим огненным дыханием.

Прошло ещё немного времени, и на горном плато уж зазеленела трава, цветы начали распускаться, и дерева мелкими ростками просачивались сквозь землицу. Удивило сие действо мудреца арийского не на шутку. Понял он, что кроется сила неисчерпаемая в юноше, и сам свет первородный помогает ему в его деяниях. Означало это лишь одно – пора созывать всех мудрецов да решать, кому быть на вотчину поставленным. Уж довольно испытаний.

продолжение следует..